В самом финале романа в живых остается Прокофий - один среди всего того имущества, которым он мечтал владеть безраздельно и которое теперь оказалось совсем ненужным. Такую картину и застает Захар Павлович, разыскивающий своего приемного сына Сашу. И повторяется ситуация: когда-то давно Захар Павлович просил маленького Прошку найти сироту Сашу Дванова, пообещав за труды рубль, сейчас он обращается к Прокофию с тем же. «Даром приведу, - пообещал Прокофий и пошел искать Дванова». Искать умершего - для чего? Открывается новая дорога, на которой надо найти всех умерших, погибших, умерщвленных - и вернуть их к жизни.

В «Чевенгуре» - весь Платонов со своей «идеей жизни». Дорога, возникающая в самом конце повествования, может вывести Чевенгур из состояния тупика. Дорога - высшая ценность в романе, в ней - преодоление себя, очищение, открытость в будущее, надежда на обретение новых путей. Герои романа пытаются прочно устроить свою идею, но больно ударяются о пределы возможного, тоскуют, стыдятся жалких результатов своей ретивости - и рвутся в путь. Есть среди чевенгурцев человек по имени Луй, который для облег-

чения своей натуры - которой бы всё в дорогу - служит «штатным пешеходом», ходячей пешей почтой: «...Луй убедился, что коммунизм должен быть непрерывным движением людей в даль земли».

В путь - зовет и Платонов: «...полусонный человек уезжал вперед, не видя звезд, которые светили над ним из густой высоты, из вечного, но уже достижимого будущего, из того тихого строя, где звезды двигались как товарищи - не слишком далеко, чтобы не забыть друг друга, не слишком близко, чтобы не слиться в одно и не потерять своей разницы и взаимного напрасного увлечения». В путь - к такому строю бытия, где каждая личность одна от другой «не слишком далеко» (нераздельность) и «не слишком близко» (неслиянность). В путь - к будущему, к высшему строю настоящего братства и любви.